05 Дек 2013
Неожиданный подарок
Неожиданный подарок

Автор: Елена Шерман

Новая клиентка, Юлия Александровна, жила сравнительно недалеко от библиотеки – всего три остановки на автобусе, и в половине восьмого Инна уже вошла в большую, но темноватую квартиру. Ее владелица – пожилая дама, которая созвонилась с Инной, раздобыв ее телефон через каких-то знакомых знакомых – сломала ногу и вынуждена была сидеть дома.

- Но если у меня колено в гипсе, - справедливо заметила Юлия Александровна, - это не повод выглядеть как чучело, не так ли?
Впрочем, даже с отросшей стрижкой она выглядела вполне прилично, а после сорока минут кропотливой работы Инны превратилась, по словам наблюдавшей за процессом то ли гостьи, то ли родственницы, в «английскую королеву». Эта гостья или родственница, сидевшая в кресле с большим черным котом на коленях, чем-то заинтересовала Инну, и она то и дело украдкой поглядывала в ее сторону.

Потом Юлия Александровна пригласила ее к столу, и за чаепитием Инна смогла рассмотреть заинтересовавшую ее женщину получше. Сухое смуглое лицо, как у цыганки; черные густые волосы с сильной проседью; видно, что немолода, но глаза – большие, светло-зеленые – искрятся не просто молодой – юной энергией. Странная особа… ведьма.

Интерес оказался взаимным, но «ведьма» не ограничилась рассматриванием Инны.
- У вас золотые руки, - сказала она, и Инна покраснела. – В каком салоне вы работаете?
Инне пришлось открыть страшную тайну: она самоучка-любительница, работает в библиотеке, а парикмахерские услуги на дому – это хобби, приносящее заработок. Впрочем, ничего постыдного в своем хобби Инна не находила, и «ведьма» с ней согласилась.
- Любой честный заработок достоин уважения. Полагаю, ваш муж думает также.
Слово за слово, и за пять минут «ведьма» выудила из добродушной Инны всю нехитрую историю ее личной жизни, уже ничего не комментируя и не обсуждая. Откровенный разговор закончился весьма неожиданно: «ведьма» сняла с пальца кольцо и протянула Инне.

- Это вам подарок от меня. Не отнекивайтесь, оно из алюминия, ценен только камень, и то за редкий цвет.
Инна с недоумением взяла в руки кольцо из белого металла, довольно широкое, украшенное треугольным камнем размером с желудь. Края камня, весьма напоминавшего обычную гальку, были округлыми, обтесанными за миллионы лет морской водой. Необычен, в самом деле, был только весьма нетипичный для гальки цвет – пронзительно светло-зеленый, похожий на глаза дарительницы.

- Массивная бижутерия теперь в моде, - веско сказала Юлия Александровна. – Носите на здоровье.

Инна все же хотела вернуть подарок, но вместо этого надела его на безымянный палец левой руки. Кольцо пришлось как раз впору и удивительным образом украсило руку.
- Вам очень идет, - похвалила Юлия Александровна. – Как для вас сделано.
Инна подняла глаза, чтобы поблагодарить «ведьму», и вдруг заметила, что никакая та не ведьма, конечно. Просто харизматичная, обаятельная дама средних лет с молодыми ярко-зелеными глазами, сделавшая ей такой прекрасный неожиданный подарок.

По дороге домой Инна жалела, что по свойственной ей рассеянности не спросила имя зеленоглазой дамы. Или ей его назвали в самом начале, а она пропустила мимо ушей? С ней такое бывает, и в последнее время все чаще. Позавчера куда-то подевался брелок со стразами – ей его когда-то давно подарила Наташа, уверяя, что это «брендовая» вещь, продававшаяся в комплекте с дорогой сумкой. Поскольку Инна и стразы были вещами несовместимыми, брелок долго валялся во втором ящике стола, то и дело попадаясь на глаза, а теперь пропал. Может, она его переложила в другое место и забыла? Возможно; но возможно и то, его исчезновение связано с пропажей ее пудреницы – не новой, но красивой вещицы, стоившей когда-то недешево.

С другой стороны, немудрено, что она стала забывчивой: когда в квартире живут три человека, а пашет по дому один, этому одному приходится не так-то легко. Ладно Сергей, мужчина… хотя, собственно, ничто не мешает мужчине сполоснуть за собой тарелку или поутюжить собственные рубашки. Но его сестра Оксана, рослая, бойкая девица, приехавшая почти два месяца назад поступать в институт пищевой промышленности – ей, незваной гостье в чужом доме, сам Бог велел внести посильную лепту в домашнее хозяйство! Но нет, Оксана ничего не делала, то есть была занята очень важным делом: «готовилась к вступительным экзаменам». Результатами экзаменов Оксана, однако, с Инной не делилась, а та по врожденной деликатности считала неуместным спрашивать. Но теперь вроде остался всего один экзамен, химия, 6-го августа, то есть послезавтра. Верно, Оксана дома и повторяет.

Оксана действительно была дома, но сидела не за учебниками, а за туалетным столиком Инны, подводила глаза.
- Ты куда-то сегодня собираешься? – спросила Инна, хотя обычно избегала расспросов «племянницы».
- Ага. Буду поздно, не ждите. И ужинать не буду, на меня не готовь.
То, что Оксана говорила ей «ты», не очень нравилось Инне, но за два месяца она привыкла. Теперь же фамильярное обращение резануло слух, как в первый раз.
- Я тоже не хочу ужинать, но будь добра, Оксана, называть меня на «вы». Я все же старше тебя на 14 лет.
- Угу, - промычала Оксана, похоже, даже не расслышав, что сказала Инна.
Такое, впрочем, было не в первый раз.

Инна недовольно нахмурилась и раскрыла дверцу платяного шкафа. Давно пора перебрать вещи, но никак не доходят руки. А почему бы не сейчас, собственно? Время есть, и силы, несмотря на вечернее время, тоже.
Когда Инна вытащила из недр шкафа на свет свою кожаную куртку, ее ждал сюрприз: на левом рукаве, на предплечье спереди красовалась круглая дырка, явно прожженная сигаретой. Здесь уж не могло быть сомнений, и Инна встала с курткой, как тореадор с красной тряпкой, перед завершившей свой макияж и вставшей Оксаной:

- Что это такое?
- Ой, откуда я знаю, - скривилась та, - я спешу, мне надо идти…
- Никуда ты не пойдешь, - твердо сказала Инна, - пока не объяснишь, что это значит. Я повесила куртку в шкаф в идеальном состоянии.
Непривычные интонации в голосе Инны заставили Оксану насторожиться, но она сделала еще одну попытку увильнуть от ответственности и неприятного разговора:
- Я сказала, что не знаю! Причем здесь я?
- От куртки воняет твоими духами! – неожиданно для себя уверенно солгала Инна. – Ты давно хотела ее надеть, я не позволяла, и ты взяла тайком. Сознаешься – пойдешь, куда хочешь. Нет – разговор продолжится до тех пор, пока в тебе не заговорит здравый смысл.

Здравый смысл заговорил в Оксане мгновенно, и она призналась нехотя:
- Я надевала один разочек… и честное слово, я не специально! Я в лоб дала этому придурку, который прижал сигарету! Вы меня прощаете, тетя Инна?
Ага, значит, расслышала ее просьбу – обратилась на «вы».

- Конечно, прощаю, - притворно улыбнулась Инна, внутри которой поднималась – впервые за долгие годы – темная волна злости.
- Так, мне надо в туалет, - простодушно сообщила Оксана, и Инна посторонилась, выпуская юную красавицу из комнаты. Как только Оксана закрыла за собой дверь в туалет, Инна вышла в коридор, где на подзеркальном столике стояла незакрытая сумка девушки, и с неожиданной для себя легкостью опустила в нее руку. Брелок нашелся в кармашке для мобильного – надо же, как быстро и просто обнаруживается истина, если набраться смелости и сделать решительный шаг.

На этот раз Инна ничего не сказала Оксане, и та ускакала, радостная и полная надежд, как и полагается семнадцатилетней юной деве. Инна же крепко задумалась. Из размышлений ее вывел приход гражданского мужа, наконец, к десяти вечера вернувшегося с тяжкой, утомительной работы администратора в спортивном клубе. Несмотря на вечерний час, его лицо так и сияло свежестью и энергией. Да, здоровьем и силой природа Сергея не обидела, но явно поскупилась на другие качества – например, наблюдательность, и потому от слов Инны:
- Нам надо поговорить об Оксане, - он отмахнулся с легкостью необыкновенной.
- Ну не сейчас же нам о ней говорить, правда? Я устал, ты устала, потом поговорим.
- Сергей, это достаточно серьезно. Она тайком брала мою куртку и испортила ее, я тебе покажу…
- Ох уж эти бабы, - покачал Сергей золотистой кудрявой головой, - за тряпочку родную мать со свету сживут, не говоря о племяннице. Ты б не позорилась, а? Все ж человек с высшим образованием.

С этими словами невенчанный муж направился в ванную, а оттуда прямиком в кровать: как злостный, закоренелый «жаворонок», он вырубался к половине одиннадцатого, зато вскакивал ровно в шесть бодрый и свежий, как огурец. И Инну будил заодно – надо ей вставать в такую рань, не надо, но чего ей валяться, если он уже на ногах?
Оксана пришла незадолго до его пробуждения, но Сергей ничего не слышал. Зато все слышала Инна, которой не спалось в ту ночь.

Утром за завтраком к разговору об Оксане не возвращались (сама Оксана, естественно, спала), но на работе Инна развернула бурную телефонную деятельность, благо, посетителей было немного. Узнав через справочную телефон пищевого института, она через справочную вышла на приемную комиссию факультета, на который поступала Оксана, но там никто не брал трубку. Тогда Инна дозвонилась до деканата, и какой-то раздраженный голос бросил ей:
- Девушка, вы поздно проснулись: вступительные экзамены у нас закончились еще 31 июля!
- Точно? – строго переспросила Инна.
- Приезжайте и убедитесь!
- И приеду, только сообщите ваш адрес.
Обеденный перерыв у Инны в этот день растянулся на два с лишним часа, но полученная информация того стоила. Прежде Инна подозревала, что Оксана провалила очередной экзамен и скрывает это от них; но ей и не приходило в голову, что она вовсе не подавала документы, ни на один факультет!

Открытие, без преувеличения, обдало Инну ведром холодной воды.

«Какие еще открытия чудные меня ждут?» - размышляла она, нетерпеливо досиживая рабочий день в пустом читальном зале. Судя по вновь обнаруженным фактам, от Оксаны можно было ожидать чего угодно. Она приехала поступать, и расчет был на то, что после поступления она переберется в студенческое общежитие, так они договаривались с Сергеем. Но, поскольку она никуда не поступала, никакое общежитие ей не светит, следовательно, она останется у них, пока… пока что? И стоп, а что значит «у них»? Квартира принадлежит Инне, она досталась ей от родителей, и Сергей к ней никакого отношения не имеет. Странно, что такой простой факт пришлось себе напоминать. И с какой стати сестре сожителя вообще оставаться в квартире Инны? Кто эта девица ей? Даже будь Оксана примерной пай-девочкой, ее место не здесь, у нее есть родители, старший брат, вот пусть и решают, что с ней делать – лишь бы не за ее, Инны, счет.

Когда она вернулась домой, Оксаны не было, зато Сергей пришел пораньше, и Инна с новыми силами и сведениями взялась за вчерашний разговор. Сперва он хотел опять отмахнуться, делая вид, что «бабские тряпки» его не интересуют и «разбирайтесь сами». Хозяин, блин. Настоящий мужик, ни разу за тот год, что он живет здесь, не заплативший за квартиру, не вынесший ни одного мусорного ведра и не вкрутивший – сказать, не поверят! – ни одной лампочки.
- Речь уже не о куртке, хотя ее стоимость ни ты, ни твоя сестра мне не компенсируют, - холодно парировала Инна. – Я была сегодня в пищевом институте. Твоя сестра даже не подавала документы. Она никуда не поступала.
- Не может быть, - помотал головой Сергей, но не слишком удивился. Или это показалось Инне? По ее настоянию он пообещал «лично съездить и проверить», но его слова ее мало успокоили. Уже засыпая (Оксана так и не явилась), она вдруг поняла: он никуда не поедет, потому что все уже знает.

Предчувствие не обмануло Инну: хотя Сергей обещал подъехать в институт на следующий день, он, разумеется, никуда не поехал, сославшись на «занятость». Оксана же бодро отрапортовала, что «последний экзамен сдан на отлично», и она заслужила роскошный отдых. Глядя в ее прозрачные лживые глаза, Инна приняла окончательное решение – плод тяжких раздумий последних дней и неизвестно откуда взявшейся решимости.
- Оксана, тебе пора собираться, - спокойно сказала она, как о давно решенном деле.
- Мы куда-то поедем?
- Нет, ты поедешь в родной поселок городского типа. Там тебя заждались.
- Я не поняла…
- Все ты поняла. Я прекрасно знаю, что ты никуда не поступала.
- Что ты знаешь? Что это за наезд? – заверещала Оксана, и ее круглое, свежее лицо ее вдруг приобрело обидное сходство со свиной мордой. – Вот придет брат, мы разберемся!
- Да, - внезапно уступила Инна, - подождем Сергея.

Поскольку до прихода мужа и брата оставалось часа три, Инна решила не терять даром времени и отвезла папочку с документами, в том числе и на квартиру, на временное хранение Наташе – чем черт не шутит, лучше поберечься. Документы, слава Богу, были в полной целости и сохранности.
Она вернулась домой буквально перед приходом Сергея. Гражданский муж явился сильно не в духе и с порога пресек все ненужные и утомительные разговоры сильной фразой настоящего мужчины:
- Так, заткнулись обе. Я устал и хочу спать.

Оксану такой подход вполне устроил, Инна же снова задумалась: вот уже ей в собственной квартире велят заткнуться и повышают голос. Правда, голос и раньше повышали, только ей почему-то не приходило в голову потребовать к себе элементарного уважения. От нее отмахиваются, как от надоедливой мухи; ее игнорируют, как приставучего нищего; ее обворовывают и обманывают, как… как дуру, скажем прямо, и кто? Назовем вещи своими именами: великовозрастный мальчик, к тридцати годам застывший на уровне развития двадцатилетнего, и зарабатывающий, как двадцатилетний; и его наоборот, слишком рано развившаяся сестра, к семнадцати годам превратившаяся – чего уж там, превратившаяся в обыкновенную потаскушку, которой надоело любительство в родном селе и которая приехала осваивать на профессиональном уровне большой город. Ну, с Оксаной все ясно, но как она могла обманываться насчет Сергея? Он не муж, и не отец даже в перспективе; на него ни в чем нельзя положиться, он умеет только брать, и, самое скверное – он ее не любит, и никогда не любил. Она просто удобна – покладистая, неприхотливая, предоставившая в его распоряжение отдельную уютную квартиру с полным обслуживанием. До переезда к ней он снимал комнату – даже не квартиру!, а теперь, гляди-ка, оперился и принялся покрикивать, как будто он имеет на что-то право. Эх, Сергей, Сергей, да ты и глупец в довершение ко всем своим недостаткам: человек поумнее изображал бы благодарность.

Эти горькие мысли и породивший их новый – трезвый и лишенный иллюзий – взгляд на мир были совершенно новыми для Инны, но в последние дни она внезапно и неудержимо менялась, превращаясь в иного человека. Велик ли промежуток с понедельника до пятницы – а в пятницу утром Инна сделала то, что в понедельник и представить не могла. После ухода Сергея она позвонила на работу и сказала, что берет отгул, а когда убралась и Оксана, принялась за работу, оказавшуюся более хлопотливой, чем она предполагала. Зато, когда Сергей и Оксана к восьми вечера неожиданно пришли вдвоем (сговаривались о чем-то, что ли?), их ждал пренеприятнейший сюрприз.
Прямо перед дверью на лестничной клетке стояли четыре сумки: одна большая синяя, с которой два месяца назад приехала Оксана, и три разнокалиберные – Сергея. На полу же стояли его музыкальный центр и ДВД-плеер.

Ошибиться в значении этого зрелища было невозможно, и Сергей в ярости нажал на кнопку звонка. Никакого звука не последовало – Инна отключила звонок. Тогда он попытался открыть дверь ключом, но не тут-то было – в дверь был врезан новый замок.
- Ты что, с ума сошла! – заорал он, чувствуя, однако, нешуточную растерянность. – Что за игры!

Послышался скрежет ключа, и Инна отворила дверь, не снимая цепочки, так что никто не мог войти. В правой руке она, тем не менее, предусмотрительно держала баллончик с дихлофосом.
- Не ори, истерик, - сказала она вместо приветствия. – Ты уедешь сегодня, а мне здесь жить и жить.
- Открой, поговорим! – шагнул к двери Сергей и дернул за ручку.

- Я трижды за эту неделю предлагала тебе поговорить, и ты трижды отмахивался. Я не муха!!! - вдруг заорала Инна, заорала во весь голос впервые за долгие годы, и этот звук потряс не только Сергея с Оксаной, но и ее саму, всю жизнь говорившую вполголоса. – Я не муха, чтоб от меня отмахиваться, твою мать! И не тебе отмахиваться! Ты о себе высокого мнения, а знаешь, кто ты?! Нищий провинциальный аполлон, приживал в чужой квартире. И из этой квартиры ты пойдешь туда, откуда пришел. Молчать! Ты вообще не имеешь права голоса.

Взбешенный мужчина ринулся на дверь, намереваясь ее выломать, но метко пущенная струя дихлофоса прервала его атаку. Дверь захлопнулась, и обе стороны взяли тайм-аут на пару минут: Сергей матерился и истекал слезами-соплями, а Инна, хоть и пострадавшая в меньшей мере, сочла за необходимое умыться. Заполнение паузы взяла на себя Оксана, верещавшая какую-то ерунду.

- Ты свихнулась, точно! Ты свихнулась! Я вызову психиатрическую бригаду! – заявил Сергей, переведя дух.
- Это я сейчас вызову милицию. Ты где зарегистрирован, на улице Строителей, 38? Вот и вали на Строителей, 28. Здесь ты никто, и милиция тебе это подтвердит. Ты в этом городе вообще никто, так что не рыпайся. Сказка закончилась, мальчик. Настали суровые будни.

Последние две реплики, точнее, интонация, с которой они были сказаны, поразили Сергея едва ли не больше, чем все произошедшее до того. В его сознании мелькнули обрывки каких-то голливудских фильмов, в которых инопланетяне вселялись в тела людей, но даже для его невысокого интеллекта подобное предположение было слишком глупо. И все же он ничего не мог понять, а Оксана и подавно.
- Инна, успокойся, и объясни мне, что случилось?
Если противник предлагает переговоры, значит, силы его на исходе. Инна, не знавшая этой мудрости, каким-то образом интуитивно ее уловила, и от переговоров отказалась.

- Если ты еще не понял, объяснять бесполезно. Все закончилось. До свиданья.
- Но так не расстаются! Мы год прожили вместе!..
- Я подарила тебе целый год, а ты даже не сказал спасибо. С такими, как ты, только так и расстаются.
- Ну, я тебе еще покажу, - пробормотал Сергей, и здесь случилось нечто неожиданное даже для Инны. Она метнулась на кухню, схватила топорик для разделки мяса и резким движением открыла входную дверь.
- Давай, показывай.
При виде Инны с боевым топором в руках Сергей попятился. Ему показалось, что он то ли бредит, то ли видит страшный сон.
- Серега, она тронулась, идем отсюда, - прошептала Оксана, и брат с сестрой, подхватив чемоданы, молниеносно исчезли и с лестничной площадки, и из жизни Инны, изумленной ничуть не меньше их.

«Что со мной?» – спрашивала она себя и не могла понять. На безумие это не походило – ни голосов, ни галлюцинаций, наоборот, один трезвый расчет и необычная для нее решимость. Она решила переписать собственную жизнь и принялась за это с такой уверенностью и сноровкой, словно и впрямь превратилась в другого человека. Но это она, Инна, она ничуть не изменилась: все то же бледное лицо с мягкими чертами, усталые добрые глаза, невысокая фигура. Все та же футболка с вылинявшими микки-маусами и старые шорты – ее привычный домашний наряд, те же серьги в ушах… вот только кольцо, ставшее как будто еще ярче – новое. Но предполагать, что кольцо способно изменить в два дня душу человека – значит, точно двинуться по пути в психбольницу.

Прежде Инна после окончания романов долго не могла придти в себя, но расставание с Сергеем оказалось удивительно легким. Не прошло и нескольких дней, как она и думать о нем перестала, тем более, что сам Сергей не звонил и никак не давал о себе знать. Конечно, стоило расстаться по-другому – но что сделано, то сделано. Надо было относиться к ней иначе и ценить ее доброту.

Тем более, что ей было о чем подумать и без Сергея. Например, о работе. Словно снеговой ком, сорвавшийся с горы, Инна неслась куда-то, захватывая на пути все новые пласты собственной жизни. Итак, работа. Еще вчера ей казалось, что она устроена не так уж дурно: конечно, в библиотеке не приходится рассчитывать ни на карьерный рост, ни на нормальную зарплату, но, во-первых, эта работа стабильна и не зависит от экономических кризисов, а во-вторых, оставляет силы для приработка. Вот придет осень, и она снова наберет учеников, будет репетиторствовать помаленьку, а еще есть ее парикмахерский талант, приносящий пусть и не очень большие, но живые деньги. Новая Инна смотрела скептически не только на сегодняшний день, но и на все предыдущие годы. Когда она ушла из школы, не проработав там и года, место в библиотеке подыскала ей приятельница ныне покойной матери: «это нормальная работа для женщины». Нормальная работа для женщины, как известно, это та, на которую по причине низкого заработка и малого престижа ни за какие коврижки не пойдут мужчины. При этом предполагается, что у нормальной женщины с «нормальной работой» есть мужчина, который ее содержит. Тогда, восемь лет назад, Инне казалось, что библиотека – это временно, так, перекантоваться до лучших дней. Но вместо лучших дней заболела мама, и наступила череда черных дней. Потом она никак не могла опомниться после смерти мамы, потом появился Виталий, потом она никак не могла опомниться после его измены, потом открыла для себя возможность репетиторства, потом появился Сергей, потом она открыла для себя парикмахерские перспективы, короче, воз и ныне там. И уже самой странно вспоминать, что когда-то ее считали одной из самых перспективных студенток на курсе, и она участвовала в конференциях, побеждала в олимпиадах. Все, что осталось от толковой девочки с пытливым умом – любовь к чтению.

В ярости она попрекнула Сергея тем, что он – никто, но ведь и она, по большому счету, никто и звать ее никак. И дело не в том, что ей не везет с мужчинами, плевать пока них, она не приложение к кому-то, она личность сама по себе, но почему же она так себя запустила? Ведь жизнь, которой она живет, явно недостойна ее ума и способностей. Да, да, ума и способностей. Ее интеллект несколько притупился в последнее время, но это поправимо. Все поправимо, пока есть силы, здоровье и молодость.

Размышляя о возможных перспективах, Инна хладнокровно оценивала собственные навыки и умения, словно пересчитывала наличность. Высшее филологическое образование – это хорошо, но куда с ним пойдешь? Из школы она уже сбежала; офис-менеджером – чуть «старовата» и не имеет опыта. Да и потом, чем офис-менеджер отличается от библиотекаря? Что она еще знает и умеет? Парикмахерские навыки не в счет, понятно. Гм, она умеет править тексты, могла бы работать редактором или корректором – но опять же нет официального опыта, и опять же заработок корректора недалеко ушел от того, что она получает в библиотеке. Когда-то неплохо знала английский, но знания давно покрылись слоем пыли. Подтянуть язык и попробовать переводить? А где искать клиентов? Кто-то когда-то рассказывал ей о возможностях Интернета, но Интернет у Инны был только на работе. И компьютера дома нет, хотя купить подержанный – не проблема.

После недолгих колебаний Инна составила простую, но четкую программу, отдельные пункты которой могли заставить стороннего наблюдателя покатиться со смеху, например, «научиться самостоятельно входить в Интернет и выходить из него». Но в ее квартире больше не было посторонних. Отпуск ушел на освежение в памяти английского, покупку и освоение старенького «Пентиума». Усвоение новой информации далось Инне неожиданно быстро, возможно, потому, что воронка эмоций, вытягивавшая из нее немало сил, закрылась на неопределенное время.

Первый блин, то есть первые попытки искать переводы через Интернет, оказались несъедобными, мерзкими комками, но Инна не сдавалась. Слишком долго описывать банальный, но тернистый путь начинающего фрилансера-переводчика, пока наконец настал день, когда ей перечислили первый гонорар. На удивление, работа переводчиком в виртуале по сути ничем не отличалась от работы репетитором и приходящим парикмахером в реальном мире: главное – выработать имя и постоянный круг клиентуры, а дальше процесс пойдет сам собой. Инна нашла и свою нишу – медицинские тексты, хотя над изучением терминологии ей пришлось изрядно попотеть. Через год Инна зарабатывала в месяц переводами столько, сколько за полгода не получала в родной библиотеке. Впрочем, библиотеку к тому времени закрыли – горсовет принял решение о капитальном ремонте здания (читай: продал дом в центре города в новые руки), и их сперва переселили в совершенно неприспособленное здание на окраине, а через пару месяцев и вовсе прикрыли. «Надежная, хоть и малооплачиваемая работа» оказалась очередным пшиком.

Фрилансерская работа на дому, при всех преимуществах, имела один недостаток – отсутствие коллектива и профессионального общения в реальном мире. И когда Инна узнала через одного Интернет-знакомого, что большая фармацевтическая корпорация ищет штатного переводчика, не колеблясь, подала резюме – и не зря.

Оглядываясь назад, Инна порой удивлялась, как быстро стала обновляться ее жизнь, забывая, что жизнь не речная вода и не обновляется сама по себе. Наша жизнь есть то, что мы с ней делаем – или не делаем, тратя бесценное время на случайные занятия и ненужных людей. Да, кстати, читатель, а ты не про… не тратишь зря свою жизнь? В ней нет компьютерных игр, многочасовых скучных разговоров со скучными людьми, тупого сидения перед телеящиком? Ты доволен своей работой, утром ты радостно идешь на нее, а вечером не менее радостно возвращаешься домой, где тебя ждут любимые лица (лицо)? Что, что? Такого не бывает – чтоб радостно на работу? Вот ты и попался: ты не там, где должен быть, или занимаешься не тем. Но это твои проблемы. Инна же нашла себя, и, проработав два года в одной фармацевтической корпорации, перешла на работу в другую, польстившись не только на больший оклад, но и на большие перспективы. И так вышло, что кроме новой зарплаты и возможностей, она встретила там человека, за которого вышла замуж.

Веками повествователи цеплялись за свадьбу героев, чтобы улучшить момент и поставить точку – хотя, как известно, после свадьбы жизнь только начинается, и Инна не стала исключением. Но все у нее сложилось хорошо, насколько нам известно. Единственное, чего ей так и не удалось – снова встретится с загадочной зеленоглазой ведьмой (или не ведьмой) и спросить, обладал ли ее неожиданный подарок волшебной силой или какие-то иные силы вызвали преображение Инны. Номер Юлии Александровны загадочным образом стерся из памяти мобильного, адрес Инна намертво забыла, а знакомая, порекомендовавшая ее, неожиданно уехала из города. И кольцо потерялось, точнее, было украдено в дамской комнате египетского ресторана: Инна сняла его, чтоб вымыть руки, и позабыла, а когда вернулась через три минуты, оно уже исчезло. От персонала ресторана ничего добиться не удалось: те клялись на ломаном английском, что никакого кольца не видели, а камеры видеонаблюдения у них ни в туалете, ни в коридоре перед ним нет. Так Инна с мужем и ушли ни с чем; но, судя по тому, что дела ее отнюдь не пошли хуже, видимо, магической силой кольцо все же не обладало.

Или – скорее всего – вся магическая сила, какая есть в мире, заключается в нас самих.

Копирование и перепечатка произведения с сайта www.net-skuki.ru запрещены. Все авторские права на данное произведение принадлежат автору, к которому вы можете обратиться на её авторской странице.
Категория: Рассказы | Просмотров: 749 | | Рейтинг: 0.0/0
Пост!

Смотреть ещё
   Комментарии:
Имя *:
Email:
Все смайлы
Код *: